Полководец - это не должность командира полка или даже командующего армией. Это положение, которое военачальникам определяет история. Такое примечание необходимо по простой причине. Знал я военачальников, которых при жизни именовали «полководцами», порой даже «легендарными», хотя ни одной легенды о них никто не сложил.
Человек, получивший на погон маршальские звезды за участие в политических баталиях на стороне очередного удачливого вождя России, оказывается полководцем только в своем мнении и в высказываниях угодливых приближенных. Вы когда-нибудь хоть что-то слыхали о полководце Антоне Брауншвейгском и его победах? Нет, и не услышите, хотя был он генералиссимусом русской армии.
Такими же «политическими полководцами», о чьих делах не знает военная история, были в Советском Союзе маршалы Берия, Булганин, Гречко, Кулик, Устинов. Список своих маршалов Новая Россия открыла фамилией Сергеева, не спланировавшего ни одной войсковой операции, не руководившего ни одним боем... Лучшим министром обороны России, по признанию президента Ельцина, был Павел Грачев, похвалявшийся силами одного батальона взять Грозный и смирить мятежников. К чему это привело, и сколько жизней своих сыновей потеряла Россия по грачевской вине, всем хорошо известно.
Зато мы знаем и другие фамилии людей, которые не обласканы особой славой и вниманием, хотя были настоящими полководцами и легенд о них в армейском фольклоре осталось жить немало.
Иван Степанович Конев - полководец поистине легендарный. Как Георгий Константинович Жуков и Константин Константинович Рокоссовский, как Иван Ефимович Петров и Иван Христофорович Баграмян.
При этом Конев был солдатским Маршалом. Если в изустных рассказах о Жукове чаще всего сохранены истории, которые случались в командирской, в офицерской среде, то Конев в таких рассказах всегда окружен солдатами, сержантами и старшинами.
Помню, фронтовики рассказывали о нем такое.
Фронт, которым командовал Конев, изготовился к большому наступлению. Чтобы с его началом сразу оказаться в центре событий, командующий приехал в район исходных позиций одной из дивизий. Ее полки, ожидая сигнала, расположились в лесу, неподалеку от передовой.
В полукилометре от леса, на высотке, удобной во всех отношениях, уже был оборудован наблюдательный пункт фронта.
В предрассветных сумерках, чтобы занять время, а может быть, и по причине иной необходимости, маршал еще раз решил проверить свои расчеты. Он отошел от штабной группы в сторону, сел на пенек, разложил на коленях карту, укрылся с головой плащ-накидкой и зажег карманный фонарик.
Тем временем мимо следовал старшина роты, в чьем расположении коротал ожидание командующий.
Поскольку хороший старшина всегда думает о порядке, он заранее подозревает непорядок даже там, где его нет. Старшина, шедший мимо маршала, был хорошим.
Представьте: идет он и видит - сидит па пеньке солдат, с головой укрывшись накидкой. Вопрос: для чего? Скорее всего, дабы не видели, что он делает. А что может делать солдат за четверть часа до наступления? Разумеется, жевать. А что может жевать солдат в момент, когда все уже накормлены и напоены? Только НЗ - неприкосновенный святой запас, который недавно был выдан каждому.
